ENG

RUS


   


   
Библиотека

Татьяна Могилевская
Искусство в Интернете. Динамика в России? (2000)

Сборник: Медиа сознание/Медиа искусство/Медиа технология
Язык оригинала: русский

Вступление

В силу обстоятельств основная информация и дискуссии, посвященные относительно новому феномену "сетевого искусства", проходили не в печатных изданиях, а в европейских дискуссионных форумах типа Nettime и Syndicate, где российских участников были единицы. В России же об этом было известно крайне малому числу людей. Однако сегодня, в конце 1999 года, благодаря усилиям российских кураторов и художников, а также медиа-программам московского Центра современного искусства Сороса и программе поддержке электронной издательской деятельности Института "Открытое общество", можно говорить о том, что в России сложилась некоторая традиция сетевого творчества и обсуждения проблем сетевой культуры.

Появление сетевого искусства

Первые художественные сайты, сделанные в России, относятся к 1996 году. Вначале их авторы были исключительно москвичами, и их можно было пересчитать по пальцам. Их деятельность заинтересовала меня в то время по нескольким причинам.

Во-первых, к тому моменту их творчество развивалось в какой-то мере "на полях" мейнстрима московского актуального искусства, все они в той или иной степени занимались медиа-искусством: Алексей Шульгин - фотографией, Таня Деткина, Владимир Могилевский -видео- и мультимедиа искусством.

Во-вторых, этих художников объединял интерес к коллективным формам творчества и авторства: Алексей Шульгин сделал несколько кураторских выставок ("Кто я? Искусство выбора", галерея "Школа" и галерея "Юнион Ф", 1993 , "Репродукция Mon amour", галерея "Лаборатория", 1994), Таня Деткина и Владимир Могилевский работали, вместе с другими художниками, над проектами под общим лейблом "Облачная комиссия". Владимир Могилевский вместе с Сергеем Шутовым, Кириллом Преображенским и при моем скромном участии, разрабатывал концепцию работы Института технологии искусства, а в 1993 делал экспозицию работ видеохудожников и каталог на "АРТ-МИФ-3". Так же неслучайно, Могилевский оказался, вместе с Сергеем Шутовым, ведущим в течение года практические занятия по мультимедиа с молодыми художниками в Художественной Лаборатории Новых Медиа (1993-1994, проект Центра современного искусства Сороса, Москва).

В-третьих, начало их работы в Интернете фактически совпало с их полным исчезновением с московской художественной сцены, представители которой в ту эпоху в Интернет не заглядывали никогда.

На страничках указанных авторов можно было обнаружить новые виртуальные образования в российском секторе Интернета: сначала сетевую выставку "Hot pictures" ("Свежие новости, или Эротические горячительные картинки"), которая явилась "первой российской галереей в сетях, осмысливающей изменение функций и средств выражения фотографии с приходом в искусство новых технологий"1, электронную галерею работ Андрея Казанжия "Море Хрона" (на сервере российского провайдера Совамтелепорт), "Сенсорные опыты в дигитальном пространстве" Руслана Рубанского, а затем и более продуманные по отношению к технологии и идеологии Интернета работы: Московский "WWW-art center", поддерживаемый Алексеем Шульгиным, Александром Николаевым и Таней Деткиной и "WEB Thief", электронный журнал Владимира Могилевского, выставлявший работы молодых медиа-художников Сэнди Ревизорова, Руслана Рубанского, Миши Адианова, Алекса Зубаржука, вчерашних студентов Художественной Лаборатории Новых Медиа.

Перечисленные художники стали носителями идеологии "сетевого художника", который не только сам создает и размещает собственные работы в Интернете, но и помогает в этом другим художникам, которые не обязательно владеют мультимедиа или Интернет-технологиями. Такая деятельность отвечала желанию создать альтернативные существующим арт-институциям пространства создания и презентации произведений искусства.

"Внешне эта работа скорее техническая - обеспечение подключения к Интернету, установка необходимого "железа" и программ, создание независимых мультимедиа-центров и сайтов, где все желающие могли бы не только и не столько потреблять, но и создавать и публиковать то, что пока в отсутствие терминологии и критериев называют сетевым искусством" 2.

Одновременно появились редкие художественные манифесты. Один из них вдруг опубликовала на полосе "культура" московская газета "Коммерсант-Daily" . В этом тексте Ольги Лялиной и Алексея Шульгина впервые на русском языке дается определение сетевому искусству: "Его основа - не репрезентация, а коммуникация. А недробимая единица - электронное послание, свобода и горизонтальная система коммуникации".

Там же описывается, что такое "настоящий сетевой художник". Тот, кто обеспечивает коммуникацию, обладает сетевым мышлением, то есть отказывается от "художественных" амбиций и концентрирует свои силы на "создании коммуникационных пространств, готовых к заселению и включению в креативное поле сети" 3.

На страницах "Художественного журнала" был опреведен опрос, в котором пионеры российского Интернета ответили на вопрос: "Что вас привлекает в WWW, что интересного и нового вы там находите по сравнению со сферой "современного искусства?"4

Выяснилось, что в первую очередь новое медиа позволило художникам добиться независимости от "главных" московских кураторов, получить прямой доступ к информации и, как результат, начать по собственному почину участвовать в международных проектах.

Так, Таня Деткина, до этого бывшая одной из самых активных участниц проекта "Московская Лаборатория Новых Медиа" (1994), объясняла: "В Интернете можно общаться с теми, кто далеко, за относительно небольшие деньги... Ты не обязан прибегать к посредникам: критику, галеристу, куратору. Никто не определяет контекст твоей работы, а твое материальное благополучие не зависит от того, насколько ты в него вписываешься... Каждая реплика в Интернете звучит органично и полноценно, здесь отсутствует идеологическая дискриминация. Ты не предъявляешь свой curriculum vitae для того, чтобы тебе дали слово".

Владимир Могилевский там же высказал предположение, что "на сегодняшний день такого явления, как профессиональное искусство, как оно понималось в 80-х годах, не существует. Более важным является участие в коммуникации, в чем-то, что живет и развивается". Он также поставил вопрос о несовместимости понятия "профессиональный художник" с теми, кто делает художественные проекты в Интернете: "Все так быстро меняется, что не хочется выбирать определение. Ясно только, что самые интересные вещи делаются непрофессиональными художниками... Лучшие сайты в WWW сделаны людьми, не принадлежащими миру искусства и не отравленными идеями, которые занимали художественный мир в 80-х годах. Особенность этих работ в том, что они адекватны гиперсреде, а не рассматривают ее в качестве традиционных художественных техник и материалов" 5.

Изменилось и положение медиа художников на международной художественной сцене. Так, Алексей Шульгин превратился в создателя нового жанра искусства, определяемого сегодня как Net-арт, сегодня многие художники не испытывают ни малейшей необходимости в поддержке со стороны кураторов.

Поиск и пропаганда российского сетевого искусства

Имея за спиной опыт создания московской Художественной Лаборатории Новых Медиа и последовавшей за ней студии "Кросс-Медиа" (Термен-Центр), где художникам, помимо чтения лекций, предоставлялся доступ к мультимедиа оборудованию и техническая поддержка, московский Центр Сороса предпочел в новом медиа-проекте вывести за рамки проблемы производства. Кураторы "Да-Да-Net-1" , первого российского фестиваля арт-ресурсов в Интернете, сосредоточились на поиске и публикации уже существующих в сети проектов6.

Наличие других сетевых художников, кроме уже перечисленных, ставилось под сомнение. Номинации первого фестиваля (художественный проект, ресурс на тему культуры, образовательный ресурс и домашняя страница частного лица) были своего рода сачком, в который организаторы пытались заманить "гениев русского Net'a". Так, номинация "домашняя страничка" предполагала существование в русской сети творческих людей которые делают интересные самопрезентации, но не подозревают о том, что это может быть воспринято как художественный проект. 87 проектов прошли первоначальный кураторский отбор. Анализ результатов привел к выводам о том, что "необходимо пересмотреть значение существующего доселе представления о художнике, о его происхождении и функциях"7, среди участников лишь немногие были "выходцами" из "современного искусства" Москвы и Петербурга, большая часть представляла научно-технический мир и провинцию. Сами члены международного жюри "Да-Да-Net-1" отмечали, что не всегда понятно, с какой точки зрения рассматривать тот или иной проект, проекты "перемещаются в область неопределенности (жанра)"8. Более того, "большинство участников в номинации "арт-проект", казалось, охватила аллергия на художественный мир, а такая профессия, как художник, вызывала откровенную иронию9. Членами жюри была отмечена литературная ориентация большинства проектов. Тетсуо Когава отмечал, что российские художники в сетевых проектах используют большое количество текстов"10.

Безусловно, перемещение искусства в Интернет снимает "оппозицию между официальным и неофициальным искусством, одновременно создавая новое поле маргинальности по отношению к художественным кругам". "Сетевые художники" - это художники, которые "бежали" в Интернет, пространство отсутствия авторитета, от того, что они оценивают современное искусство как "арт-мафию. При этом в Интернете наблюдается любопытное явление - художественное выражение более не связывается напрямую с профессиональной принадлежностью, достаточно лишь иметь некоторые технические навыки. Именно поэтому круг "творцов" смог расшириться, а художественное самовыражение в Интернете стало альтернативой институциональному искусству"11.

Тот факт, что в этом новом поле деятельности были обнаружены самые разные виды художественного выражения, и это на общем фоне кризиса культурных институций и вымывания художников в мире "физическом", зародил в сердцах кураторов "Да-Да-Net-1" надежды на будущее сетевого искусства в России. "Надеемся, что фестиваль способствовал популяризации в России понятия "сетевой арт-проект" и что в следующем году мы увидим новые неординарные примеры освоения Интернета как художественной среды"12, писала Ольга Шишко, куратор прошлогоднего фестиваля, после его окончания.

В 1998-1999 в Центре Сороса уже создается целый отдел, МедиаАртЛаб, ведущий все проекты, касающиеся Интернета. Ольга Шишко и Алексей Исаев (при активном участии Татьяны Горючевой) проводят сразу два параллельных сетевых фестиваля: "Да-Да-Net-II" и "Trash-art". Методы работы с понятием сетевого искусства теперь стали более гибкими, чем в прошлом году. За ним было признано право на разнообразие и принадлежность к любому жанру высказывания. К тому же, сочетание российского и международного фестиваля сняло возникшую прежде проблему ограниченности прошлогоднего фестиваля лишь русскоговорящими ресурсами и невозможность для заинтересованных западных специалистов и пользователей в полной мере оценить работы российских художников. Умелая рекламная кампания и система массового оповещения о возможности поучаствовать в фестивале вывело на поверхность новое поколение российских авторов, для которых выбор Интернета как средства и среды для работы был основан именно на таком его качестве, как интерактивное взаимодействие и коммуникация. Недаром, "степень "медийной активности" проекта стала основным критерием оценки на "Да-Да-Net-II".

Особое значение имел проводимый в рамках московского фестиваля международный фестиваль "Trash-art". Находясь "на обочине" более прагматического и институционального мероприятия, "Trash-art" продемонстрировал открытость, остроумие и легкость, обычно не свойственную заорганизованным конкурсам с многоступенчатым отбором и жюри. В конечном итоге, сама его идея и технология недалеко ушли от произведения Net-арта, каким его понимают в последние годы.

Опыт проведения такого художественного фестиваля в Интернете подтверждает нарождающееся ощущение и понимание перспектив новых технологий по отношению к искусству: очевидно, что прежняя система его организации и функционирования не будут работать по отношению к новым типам творчества. Эти перспективы связаны с новой идеологией и мировоззрением, прежде всего новым восприятием отношений центра и периферии, противопоставлением систем звездного или иерархического принципа и новых систем-сетей, а также с идеями новых территорий знания, опыта и выражения, находящихся вне музея, галереи, журнала по искусству и т.д.

Сама тема фестиваля может быть интерпретирована как универсальная для всей эстетики и искусства XX века. Речь идет об "отходах", "отбросах", "ненужных вещах" в широком смысле слова, под который подпадает и тема маргинальности вообще. Немало найдется художественных течений, вдохновлявшихся "низовыми" или "народными" жанрами искусства, рожденными урбанизмом. В конечном счете, в философии "по краям" и в экспериментальном искусстве эта идея уже несколько лет является одним из обоснований развития: поля есть главные ресурсы развития. Вспомним здесь же "пограничные ситуации" по Ясперсу, "те ситуации человеческого здесь-бытия, где становится невозможным рассчитывать на анонимные силы науки (читай "искусства"), где, стало быть, человек должен полагаться только на самого себя и где в самом человеке обнаруживаются содержания, какие всегда бывают скрыты в процессе чисто функционального применения науки, нацеленного на овладение миром" (Гадамер).

Алексей Исаев, автор идеи фестиваля "Trash-art", известен своими опытами игровых художественных провокаций и апелляцией к радикальным идеологиям: перформансы в московском метро, инсталляция "Монтаж аттракционов" на Манифесте 1, использующая фрагменты фильмов Сергея Эйзенштейна(1996, совместно с Валерием Подорогой), видеоинсталляция на "Doctor's Case" на NewMediaTopia (1994, Москва) и "Анимация или "Дело врачей"" на выставке русского акционизма в Сецессионе (1997, Вена). Его апелляция к искусству "за границами искусства" в данном случае с позиций куратора, диалогирующего c авторами, оказалась чрезвычайно плодотворна.

Сетевое и не-сетевое искусства, объединяйтесь!

В уже упомянутом "переломном" 1996 году пионер исхода из "современного искусства" в Интернет Алексей Шульгин писал: "WWW - это огромное, активно развивающееся пространство... Здесь нет истории, нет устоявшейся системы ценностей, нет рутины. Соответственно, почти нет и критериев. Но есть уникальная возможность воспринимать искусство в незаконтекстуализованном, непосредственном виде..."14.

Именно отсутствие "посредников вызывает у него особый энтузиазм: "Критика художественных проектов, реализованных в сети Интернет, - дело еще, пожалуй, более рискованное, чем производство самих проектов. И еще менее благодарное. Ведь критик - это паразит, отъедающий от здорового тела художника. А здесь, где тело то? А где искусство?".15

Однако, в 1997 Алексей Шульгин соглашается участвовать в жюри "Да-Да-Net-1" , объясняя это следующим образом: "В моем сотрудничестве с институциями можно усмотреть нечто противоречащее моим прежним взглядам. Но с другой стороны, мне кажется что в связи с развитием интернета сама ситуация искусства в мире стала меняться к лучшему, она стала более открытая, появилось больше новых людей, и перестала быть такой коррумпированной. В Москве похожее оздоровление парадоксальным образом произошло не благодаря развитию интернет, а из-за жестокого кризиса, постигшему московскую художественную среду. Исчезли напряженность в отношениях и "подсиживание", которые были очень развиты буквально несколько лет назад". 16

В середине 90-х Шульгин ушел в интернет с целью избежать сложившихся механизмов власти. Сегодня, достигнув определенной степени независимости от этих механизмов, он может позволить себе как сотрудничать , так и "играть" с ними. " В 1998 мое участие в фестивале было некой политической игрой. Я сказал себе: "Какие-то люди имеют некоторый авторитет и решают, что хорошо и что плохо". Изначально я и сам был поставлен в эту ситуацию, так как меня приглашали участвовать в жюри. По разным причинам это не сложилось. Но мне показалось интересным выступить в этот раз не как судья, а как судимый. Принести свой проект и сказать: "Дорогие судьи, посмотрите". Конфликт и завязка были в этой дистанции между мэтром, таким членом жюри, который думает, что он мудрый и все понимает, и каким-то художником. 17

Если в первом "Да-Да-Net" целью кураторов было получить хотя бы какие-то проекты, могущие претендовать на титул "художественный", то есть не прикладной и без единой цели, кроме эстетической, то художник Алексей Исаев, автор идеи фестиваля Trash-art, мог изначально рассчитывать на больший улов - первый опыт привел к тому, что множество людей в российском интернете ждали подобного события, в России интернет развивается очень быстро, что позволяло рассчитывать на появление все новых и новых фигур, но и фестиваль теперь был международный, а значит, можно было рассчитывать на приток работ отовсюду. Благодаря этим факторам, Исаев мог думать о том, как расставить ловушку именно для "хороших", необычных работ: "я подумал, что если я создам такую виртуальную помойку, то именно там окажутся самые интересные проекты".

Он строил концепцию события в интернет, во многом как ответ на кризисные явления, наблюдаемые им в художественной среде: "Ситуация невеселая: выставки похожи друг на друга, в основном проходят выставки тематические. Ситуация совершенно "ставшая", в среде молодых, имеющих по 30-35 лет художников, практически каждый считает себя уже состоявшимся, уже относится к художественному официозу. Это проявляется в том, что он вхож в систему, у него регулярно проходят выставки, он находит деньги на свои проекты. В московской тусовке отсутствует критическое отношение к самому себе. Перед фестивалем этого года я обратился к некоторым московским художникам, спросив, есть ли у них "бросовые" работы или проекты, которые никуда не пошли. Один из них ответил, что "мусора" у него нет, так как он профессионал, работает четко и без отходов. Для многих такая ситуация может показаться нормальной, но во всем этом мало жизни. Да, это нормально. Но скучно.
Я, тем не менее, хотел бы попытаться привлечь московских художников к проекту "Trash-art" в будущем, возможно путем организации некого параллельного следующему нет-фестивалю экспозиционного события."18
Куратор фестивалей Ольга Шишко рассказала нам о том, что стадиально стали появляться признаки актуальности темы для некоторых московских художников. Анатолий Осмоловский сейчас выпустил каталог по трэш-культуре. Московская художница Вера Хлебникова собирается издавать каталог "Мусорное искусство".

Кураторы "Тrash-art(а)" заинтересованы в установлении связей между двумя мирами: "современного искусства" и медиа и сетевого искусства, искусственно разделенных либо отсутствием информации друг от друге, либо снобизмом и конкуренцией. Алексей Исаев не первый раз пытается решить эту проблему. В 1994 году он провел "Первый международный фестиваль экспериментального видео, компьютерной анимации и проектного синтеза" в известном московском сквоте (Петровский бульвар. 1994), одной из целью которого было организовать неслучайную "встречу" между несколькими московскими художниками и видео искусством (А.Жигалов, Н.Абалакова, А.Бренер, Г.Литичесвский, Г.Виноградов) - выставка и фильм "Видеосценарий".

"В Москве всегда была своего рода война: с одной стороны существовало актуальное искусство, с другой стороны, скажем, видеоарт. Потом актуальное искусство стало почти видеоартом. Так же и с Интернет . Всегда есть такая оппозиция. Но когда разговариваешь с художниками, критиками, кураторами, тебе говорят "Ты занялся интернетом, значит ты потерянный человек, занимаешься чем-то не соответствующим понятию "актуальное или современное искусство. Получается, что на Западе такая грань является профессионально допустимой, то есть художник может работать с любой технологией, а принадлежность актуальному искусству определяется не технологией, а выбором его художественной стратегии. Тем более что опыт показал что в Интернете можно реализовать весь опыт актуального искусства".19

В этом смысле расширение международных контактов в свое время позволило Исаеву утвердиться в собственных ощущениях цельности искусственно членимого пространства современного искусства: "Было приятно обнаружить, что многие из специалистов по медиа-искусству являются частью не интернетовской тусовки, а современного искусства, в частности Янош Шугар, член жюри фестиваля "Trash-art". На Манифесте в 1997 году участвовал в соседнем со мной боксе. Для меня этот факт является своего рода психической поддержкой".

Противопоставление внешних и внутренних отношений к интернет авторов наблюдалось и в российской литературной среде, с оговоркой на то, что речь там шла не о специфическом способе и среде создании произведений, а об их публикации. 20
В 1997 к литературной жизни в сети стали приглядываться представители "серьезной литературы". "Сетевые литературтрегеры" получили обвинение в том, что они не просто намеренно размывают культурную иерархию, "как хотелось бы адептам самых радикальных постмодернистских теорий". Благодаря последним, эта иерархия "двоится, троится, на песке возводятся многочисленные пирамиды, равно хилые и кособокие. Проводятся свои конкурсы, возникают свои авторитеты...".21 По мнению Алексея Андреева, здесь налицо "непонимание и нарочитое неприятие новой сетевой культуры, "в которой ценятся не столько имена и заслуги в real life, сколько свобода слова и "драйв" конкретных произведений ".

Алексей Исаев, Ольгой Шишко и Татьяной Горючевой (MediaArtLab) последовательно занимаются теоретическими и практическими опытами, цель которых объединенными усилиями ввести в профессиональный контекст российского contemporary art идеологию, философию и эстетику "искусства новых технологий", когда их усилиями сквозь "традиционную фестивальную институцию" с темой, номинациями, кураторами и жюри мерцает фигура "медийно-активного художника", для которого главным является манипулятивная работа с контекстом, в данном случае, сетевым: "На самом деле основная идея этого проекта это поиски радикальности именно по отношению к самой технологии, к среде обитания самого проекта и художника, по отношению к интернету, к его правилам и принятым в нем формам общения". Это продукт рефлексии по поводу отечественной ситуации и попытка решить путем прибегания к интернету некоторые принципиальные проблемы российского художественного сообщества. а именно его главную проблему: маргинальность по отношению к тому, что называется "международным современным искусством".

Ни одно авторитетное для указанного мира крупное международное художественное событие никогда не только не происходило в России, но и не было инициировано отсюда:" "Кайф "" в том, что это международный фестиваль, инициированный из России. Если бы речь шла о реальном, не интернетовском событии, то это сложно было себе представить, так как Россия отнюдь не может, особенно сегодня, претендовать ни роль инициатора интересных крупных художественных событий международного уровня. Получается, что это возможно в интернет. Я рад, что эта идея о виртуальной выставочной площадке реализовала себя, а сама площадка приобрела определенный статус, превратилась в "место", которое можно продолжать использовать".22

Это очень важное замечание. Новая география искусства начинает вырисовываться благодаря развитию Интернет, искусства, существующего помимо "глобализованного" современного искусства, которое гастролирует из Венеции в Кассель и Нью-Йорк. Как пишет французский критик Норбер Хилэр, "Было бы здорово, если бы наши french doctors современного искусства соизволили посмотреть "взглядом пользователя интернет" на то, что происходит в настоящий момент в странах бывшего советского блока в области искусства и культуры, особенно при поддержке фондов Сороса".23

Интернет как инструмент культурной политики.

Говорить о том, как представлена культура в российском интернет невозможно без оговорок по поводу положения этой самой культуры в реальной действительности. Российским культурным институциям не хватает средств на издание каталогов, а у тех граждан, которым еще удается найти доступ к средствам производства и творить - на то, чтобы эти творения стали доступны публике. С недавнего времени институции (например, музеи) стали получать поддержку от различных иностранных и российских фондов на открытие и поддержание сайтов в интернет, а индивидуалы - на создание электронных изданий по культуре и искусству.

Однако большая часть указанных "электронных издателей" продолжает работу на принципах энтузиазма. Разобщенность в российской культурной среде, датируемая началом 90-х повторяет себя и в интернет. Сайты создаются, но никто о них не знает, а их создатели не общаются между собой. Однако, некоторые "деятели культуры" начинают говорить о необходимости преодоления разобщенности культурной среды, как в интернет, так и в реальной жизни: "Сейчас появилось ощущение, что никто ничего за нас не построит , что структуры нужно создавать самим", говорит Вячеслав Курицын. С ним согласен известный российский писатель Владимир Сорокин, говорящий о необходимости "захвата власти", имея ввиду "возведение неких параллельных структур" : "Создание на общем болоте кусочков почвы и наведение мостков между этими кусочками - вот единственный способ сохранить эстетическую вменяемость, избежав андерграунда. В этом и заключается идея власти. И уже есть такие островки... Сетевые проекты в этом смысле очень перспективны - на конкретный сайт приходит только тот, кому он интересен. Структура вырастает естественным образом... Новые субкультуры не являются андерграундом. Они складываются в систему, создают отдельное культурное пространство, сеть, имеющую реальное влияние в обществе: Андерграунд не претендовал на влияние. Сейчас, я считаю, идея андерграунда непродуктивна".24

Такой подход к интернет однако, представляется несколько идеалистическим. Создание сайта - это одна задача, а вот как организовать, чтобы на него пришли "интересующиеся" да еще, чтобы это произошло "естественным образом" совсем другое дело, требующее специальных знаний и усилий. Осознание важности фактора грамотной раскрутки сайта уже приходит в литературную сетевую "тусовку": "При публикации в Интернете промоушн превращается в отдельную задачу. Интернет - среда, рассчитанная на активный поиск информации. Сам бесконечный объем Сети (320 миллионов документов) приводит к тому, что для человека в этой среде существуют только те страницы, те сетевые сообщества, о которых он знает и желает знать, - весь остальной Интернет для него как бы не существует. Из того, что вы вывесили текст на какой-нибудь веб-страничке, еще не следует, что его кто-нибудь прочитает или хотя бы заметит. Если текст появился на сайте, о котором никто не знает, мы получаем эффект послания в бутылке, брошенной в океан, - с равным успехом можно отпечатать 10 экземпляров на ксероксе и разбросать в метро. А чтобы попасть в престижное электронное издание или в популярную библиотеку, придется пройти какой-то отбор по качеству, как и в любом печатном издании. В этом смысле узловые точки, вокруг которых вертится литературная жизнь, - журналы, литературные клубы, конкурсы, - не только не отмирают с появлением Интернета, но наоборот, имеют для сетевой литературы даже большее значение, чем для печатной".25

Информационная поддержка и экспертное поощрение производителей сетевого содержания по культуре является сегодня важным фактором культурной проектов и культуры в целом. Ведь интернет в современной России это молодежная среда: Лени Делицын возраст "молодых гениев Интернета", то есть тех, которые определяют лицо русской Сети и пользуются в ней наибольшей популярностью, как правило, не превышает 35 лет и коррелирует с типичным возрастом пользователей" 26.

Способ пропаганды культурных ресурсов на фестивале "Да-Да-Net-2" может показаться кому-то слишком официозным. Однако, многие художники солидарны в том, что в современной российской ситуации привлечение общественного внимания к художественным событиям необходимо. Это касается и одной из поставленных "Да-Да-Net(ом)" задач: преодоление маргинальности самого интернета и его культурного сектора: " "Да-Да-Net-2" соответствовал своим задачам выходя на официальные уровни, структуры. Презентация на Аниграфе также сыграла в этом свою роль. Культурные ресурсы и художественные проекты, которые туда попали, выглядели конкурентно способными даже по меркам этого амбициозного мероприятия. Есть своя прелесть в том, что молодой автор из маленького провинциального городка выходит на сцену Аниграфа получать свой приз за WEB-работу и срывает аплодисменты. "Да-Да-Net" получил свой официальный статус, фестиваль за месяц посетили более 10 000 пользователей ", объясняет Алексей Исаев.27

Алексей Шульгин, участник "Трэш-арта", продолжает тему: "люди увидели, что есть такое явление, оно имеет определенную ценность, за принадлежность к нему даются призы. Надо помнить о том, что большинство работ по-прежнему делаются на голом энтузиазме и важно показать этим авторам-энтузиастам, что их деятельность кому-то нужна, к ней привлечено общественное внимание, а не просто внимание нескольких приятелей, посылающих им e-мейлы: "О, крутая страница!". Проведение такого фестиваля имеет значение, потому что люди верили и верят во власть институций, на них производит впечатление презентации и "солидные" пресс-конференции. Такие фестивали хорошо действуют как промоушн того материала, который не влезает в узкие рамки поисковой машины или референтных ссылок. Ведь раньше в интернете было вообще всего мало, все делалось лишь кучкой энтузиастов, поэтому ты заходил и сразу все находил. Теперь же там столько информации "навалено", что без промоушна и информационной поддержки вести некоммерческие проекты очень сложно".28

Сегодня WWW это не только пространство, куда постепенно перемещается ослабленная в силу кризиса российская культурная жизнь, но и место, где она может обрести необходимое ей единство. Не будем забывать о том, что российская культурная жизнь по-прежнему крайне централизована в Москве, а ее представление в интернет может преодолеть эту фатальную российскую особенность. Сеть может стать местом обитания и выживания культуры, пока вытесняемой из той части реального мира, которая называется Россией. Однако необходимо также учитывать, культура, перемещающаяся в интернет, может стать жертвой политических манипуляций. Новые фигуры на российской политической сцене, несомненно, захотят использовать этот молодой и прогрессивный слой в качестве потенциального электората. Если внимательно присмотреться к "продуманной и четкой культурной политике", проводимой Сергеем Кириенко, лидером "Союза правых сил" (активно консультируемым Маратом Гельманом), то станет очевидно, что именно "культура в интернет" становится одной из основных разыгрываемых карт. Но на самом деле нам неизвестно истинное отношение этого политического объединения к этой культуре...

1. Т.Могилевская, Ольга Шишко. Немного об истории и перспективах развития медиа-искусства в Москве, NewMediaTopia/NewMediaLogia, каталог Художественной Лаборатории Новых Медиа, Центр современного искусства Сороса.Москва,1996,с. 21.
2. Ольга Лялина, Алексей Шульгин. Сети для художника. - "КоммерсантЪ-Дейли" , 27 сентября 1996.
3. Там же.
4. Татьяна Могилевская. Русские художники в Интернете. - Художественный журнал, № 10, с.48-52.
5. Там же, с. 49.
6. Адрес в Интернете: www.da-da-net.ru. Фестиваль был организован московским Центром современного искусства Сороса в 1997 году. Кураторы: Ольга Шишко, Татьяна Могилевская. Международное жюри: Алексей Исаев, Алексей Шульгин, Алла Митрофанова, Тетсуо Когава, Пьер Бонжован, Жиль Морель, Стефен Вилсон, Лев Манович, Адель Эйзенштейн.
7. Claude Ravant, Tania Moguilevskaia. The intimate in public, SIKSI. - The Nordic art review, XIII,
8. № 3-4, autumn/winter 1998, p.18-19.
9. Мнение Стефена Вилсона в Материалах закрытой дискуссии между членами жюри.
10. Сlaude Ravant, Tatiana Moguilevskaia. Ibid., p.18.
11. Материалы закрытой дискуссии...
12. Claude Ravant, Tania Moguilevskaia. Ibid., p.19.
13. О. Шишко. Да-Да-Net. Интернет. - М., Zhurnal.ru, № 1(7), 1998.
14. Алексей Шульгин. Проекты в Интернете. - Художественный Журнал, N 10, 1996 , с. 40
15. Алексей Шульгин, там же
16. Интервью с Алексеем Шульгиным, сентябрь, 1999.
17. Там же.
18. Интервью с А.Исаевым, сентябрь 1999.
19. Там же.
20. Алексей Андреев.Танцы с жирафом. NET-культура. Журнал Пушкин, N 4 .
21. Дмитрий Кузьмин. Литературная газета, 1997.
22. Интервью с Алексеем Исаевым, сентябрь, 1999.
23. Le createur, l'ordinateur et l'oeuvre d'art. Norbert Hillaire.L'Apres-television.Multimedia, virtuel, internet. Valence, 1996.
24. В.Сорокин и В.Курицын. Надо брать власть. Интервью. "Московская альтернатива" (газета), сентябрь 1999
25. С. Корнев. "Сетевая литература" и завершение постмодерна. Интернет как место обитания литературы . Новое Литературное Обозрение, N.32 (4 / 1998)
26. Евгений Горный. Net-культура (www.russ.ru). N 1. 1 мая 1998, с..3.
27. Интервью с А.Исаевым, сентябрь 1999
28. Интервью с Алексеем Шульгиным, сентябрь, 1999.

Перевод текста: Art in the internet. Dynamics in Russia

On-line коллекции медиа-искусства / Арт-активизм / Mailing list(s) / Network проекты / Сетевые радиостанции / E-zin(s)

Streaming media / VRML-art / Flash-Direct / ASCII / Java

© Информационно-исследовательский центр "МедиаАртЛаб".

Тел.: (095) 956-22-48
Тел./факс: (095) 291-21-72
E-mail: mediaforum@danet.ru

Медиа-арт Медиа-институции Медиа-события   Медиа-сообщества   Медиа-технологии Библиотека


© 2001—2017 @Division.ru